Marauders' Time: Торжественно клянемся...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders' Time: Торжественно клянемся... » Case History » 1.11.1982 Крылья. Ноги. Главное хвост! [N.Agini, M.McGonagall]


1.11.1982 Крылья. Ноги. Главное хвост! [N.Agini, M.McGonagall]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Место действия: Хогвартс
Действующие лица: Nicole von Agini, Minerva McGonagall
Время действия: 1 ноября 1982 года, понедельник, после окончания школьных занятий
Краткое описание ситуации:
В пятый раз за новую историю Хогвартса Директор приступает к составлению списков тех учеников, которые по итогам года пополнят ряды Безликих и исчезнувших в неизвестном направлении. Пока еще список лишь на стадии проекта Миневра МакГонагалл пытается исключить из него как можно больше имен.

0

2

Стараниями домовых эльфов, местных Безликих и прочих тварей финальным блюдом школьного обеда сегодня был торт. Огромный торт. Семь трупов особо наглых школьников в диаметре, если укладывать в ряд голова к ногам, и порядка пяти потенциальных Безликих в высоту, если ставить их друг другу на голову. Бессмысленная приторная громадина сахарных коржей и сливочного крема, выкрашенная одновременно в зеленый, красный, синий и желтый цвета. Раскраска в духе цветных фантазий ненормального символизировала четыре факультета Хогвартса, объединенные духом школы. Появление приторной гадости же было приурочение к пятилетию открытия нового Хогвартса. О, Ермунгард, сожри их всех вместе с важной датой!
Николь перекосило от одного вида этой приторной гадости. Была бы ее воля, она бы уже сто раз запретила все эти проклятые школьные праздники. Вот только где-то в недрах сознания Лорда Волдеморта сидела мысль о том, что торт - это одно из отличий Хогвартса от отвратительных магловских школ, и потому торт должен быть. Спорить с Лордом Волдемортом Николь зареклась уже давно, убить, конечно, не убьет, но боль от расползающегося по лицу проклятья забыть сложно. Так что в Большом Зале иногда появлялись приторные монстры торты. К счастью, к праздничным директорским речам Лорд никаких сентиментальных чувств не испытывал, и потому Николь было достаточно зачитать поздравительных приказ из Министерства Магии, бросить презрительный взгляд на кремовый ужас, от одного лишь вида которого болели зубы, и исчезнуть из Большого Зала.
Настроение Николь скакало между отметками "плохо" и "отвратительно". И дело тут было не в отвратительных визгах младшекурсников, которые в силу юности и глупости были обрадованы явлением торта. И даже не в том, что от оформления этого приторного ужаса болели в глаза. А в том, что ее в очередной раз так красиво ткнули носом, в том, что она никуда не денется из этого проклятого замка, ставшего ее персональной тюрьмой. Пять лет прошло. Пять. Да чтоб эта проклятая школа рассыпалась по камешкам!
Столь мерзкое расположение духа не располагало к другим занятиям кроме как составления списка потенциальных Безликих и прочих рекомендованных к отбраковке учеников. Помня о том, что Темный Лорд планирует править Британией вечно и новые верные слуги ему нужнее, чем истлевшие кости, к сортировке учеников Николь подходила весьма тщательно, и потому прежде всего ей требовалось ознакомиться с характеристиками каждого ученика.
Еще с утра директорский стол был украшен тремя ровными стопками пергаментов. Пятый курс Слизерина. Пятый курс Хаффлпаффа. Пятый курс Райвенкло. Каждый ученик был скрупулезно охарактеризован своим деканом. Все объекты сортировки на одном столе. Какая аккуратность и симметрия. Это, пожалуй, могло бы порадовать взгляд Николь, если бы не одно но. Место на столе, предназначенное под пергаменты с характеристиками пятого курса Гриффиндора, было пустым. Опять пустым. Кто-то упорно не хотел содействовать аккуратной сортировке учеников. Как это предсказуемо.
Николь подняла взгляд от пустого места на столе к портрету какого-то там из прошлых директоров. Николь так и не выучила их имена и последовательность, ей и так хватало забот в этом проклятом замке.
- Передай декану Гриффиндора, что если я не увижу характеристик немедленно, я выпишу всему ее пятому курсу рекомендацию на корректирующее, - прошипела Николь.
- Девочка, я тебе не посыльный, - гордо заявил некто на портрете.
- Твой портрет без трех минут угли в камине, - ответила Николь, которая уже давным давно привыкла к отвратительному характеру местных картин.
- Это нарушение традиций, - попробовал возмутиться кто-то из портретов.
- Министерского приказа на этот счет не было.
Больше никто из бывших владельцев кабинета характер проявить не пожелал.

+2

3

Пять лет со дня открытия "нового Хогвартса". Мерлин. Праздник. Было бы что праздновать. Не одной "госпоже директору" в этот день хотелось оказаться подальше от Большого Зала, Минерва тоже испытывала искреннюю потребность залезть в свой кабинет, уткнуться в какую-нибудь монографию, написанную самым непролазно-научным языком, какой только можно было придумать, и углубиться в описанные там проблемы. Так и день прошел бы. Это чтобы не разрываться между желаниями кого-нибудь прибить и совсем не по-гриффиндорски реветь в спальне, вспоминая, что было, и наблюдая, что стало.
Но Макгонагалл была деканом.
Но она должна была в очередной раз показать свою лояльность.
Вот поэтому она тоже пошла на праздник, улыбнулась восторгу младшекурсников по поводу торта, проследила, чтобы кое-кто из старших не слишком скалился (нескольких она даже заранее вызывала на разговор, убеждала и настаивала: молчать. Не говорить ничего. Не провоцировать никого ни в коем случае. Вроде бы, прислушались). Потом сказала что-то такое... подобающее, от чего сводило зубы. А потом, когда это выглядело уже прилично, тоже потихоньку ушла, решив осуществить свою идею с монографией. В конце концов, у нее давно лежала почти нечитанная "трансфигурация жидкостей: проблемы и методы их решения"...
Да, еще же списки. Но со списком она, наверное, подождет до завтра - не хотелось приближать выполнение этой сомнительной обязанности. Те фамилии, которые она в конце концов черкала на пергаменте в прошлые годы, почти физически выворачивали что-то внутри наизнанку; и слабым утешением являлось то, что без нее этих фамилий было бы значительно больше. Распределять детей вот так... цензурных слов здесь не хватало. Просто не хватало.
Завтра. Сегодня с нее хватит Большого Зала и так называемого "праздника".
И стоило ей действительно раскрыть книгу, как заговорил один из портретов. Мол, директор передает, что, если не будет списка сегодня, то в "материале" будет весь пятый курс Гриффиндора. А самое страшное что? А то, что даже мысленно хмыкнуть "посмотрела бы я на это, ага" - не получалось. Потому что Макгонагалл осознавала: в принципе, фон Эджин ведь может. И подобный список в самом деле может пойти в работу. Запросто. Такое время.
Ну, что? Очередной бой?
Минерва положила на стол чистый пергамент, расправила его, глубоко вздохнула и вывела на нем две строки.
Кэтрин Джонс, - это магглорожденная девчушка, средних магических способностей, зато с хорошим, ясным и точным умом. Эдвард Адамс, - полукровка, без особых способностей в магии, активный, энергичный, от него просто веяло теплом и доброжелательностью. Но кого волнуют подобные мелочи? Этих ей не вытащить, эти имели неосторожность попасться (не за руку, но почти) с распространением каких-то невероятно наивных листовок в духе "Дамблдор жив" (и ведь даже от нее скрыли, знали, что запретит!), а это все, это, можно считать, был приговор. Обоим вписала способности "выше среднего" - лучше корректирующее, чем просто пропасть в неизвестном направлении. Наверное. Оценки за прошлый год. Краткая психологическая характеристика.
Остальных внесла в графу "рядовые волшебники". Претендентов на "перспективных" не было. Безнадежных... Нет уж.
Хватит на этом.
Магонагалл поправила и так идеально сидевшую мантию, подняла голову повыше, усмехнулась невесело и недобро, и направилась в кабинет директора. Больше она сегодня на корректировку не допишет никого. И Эджин не даст дописать.
- Мой список, директор фон Эджин. Прошу извинить, мне казалось, что есть еще сутки, иначе бы я подала сегодня без напоминаний.

Отредактировано Minerva McGonagall (2015-12-04 11:00:57)

+2

4

Среди проклятых камней этого ненавистного замка разве что василиск в подвале не позволял себе распускать слухи о том, что нет никакой разницы между потенциальными Безликими и полностью безнадежными, и попадание в один или другой список - это лишь воля случая. Даже самые лояльные или точнее те, кто казался лояльными на фоне общей грязи этого отвратительного замка, даже они раз или даже два, три, четыре раза позволяли себе высказаться о том, что директор, не глядя, наугад выбирает из общего списка непригодных для дальнейшего обучения учеников тех, кому суждено попасть под корректирующее воздействие, а всех остальных отправляет на смерть. Кое-кто даже ставки пытался делать на те или иные имена, как на Колесе Фортуны.
И никто, ни одна живая или призрачная душа в этой ненавистной школе не понимала, что не было никаких случайностей. Никто, абсолютно никто, разве что отвратительные портреты прежних директоров, не представлял, что каждое имя в списке - это несколько десятков мучительных минут, в течение которых директор буквально наизнанку выворачивает собственную память, пытаясь связать фамилию на пергаменте с реальным лицом, и понять, действительно ли этому школьнику полезно корректирующего воздействия или лучше будет признать его безнадежным. Это ведь все не просто так, в основе сортировки лежали жесточайшие критерии. Вот только кроме Николь этого никто не понимал. И списки деканов приходилось перепроверять сотни и сотни раз, до рези, до боли в глазах. И лишь тогда получался единственно правильный вариант. Это было и так чрезвычайно сложно, а некоторые еще и пытались усугубить ситуацию своими нелепыми попытками саботажа. Подала бы она список без напоминаний! Да, конечно! Кто ж сомневается в этой проклятой ведьме, дамблдорово влияние. Чтоб этому проклятому старику в его заточении было так же дурно, как Николь в этих проклятых стенах.
- Не надо. Не надо мне врать, профессор, - не поднимая глаз от пергаментов на столе, отреагировала на появление декана Гриффиндора в директорском кабинете Николь. - Без регулярных напоминаний и угроз вы бы ежегодно теряли список или забывали бы его составлять. Так что подавитесь вашими фальшивыми извинениями. Не нужны мне они. Мне имена нужны, - то ли испорченное настроение давало о себе знать, то ли это просто усталость, но так или иначе тратить силы на лицемерие и приторные улыбки Николь не собиралась и говорила прямо. - Давайте ваш список. Всего два имени? Как ожидаемо мало. И оба кандидаты в Безликие. Как это..., - не найдя нужного слова, Николь заполнила паузу стуком ногтей по столу. - Неужели безнадежных совсем нет? Не верю я в это. Мне вот, кажется, Адамс даже после корректирующего не будет иметь перспектив. Я ведь правильно помню, что это тот юноша, что подарил шарфик одной из местных Безликих. Ведь так?

+1

5

"Не надо врать? Вот здесь наши желания полностью сходятся", - кто бы знал, как оно надоело, все это вранье, все эти списки и прочие проявления лояльности. Как надоело позволять кому-то сортировать ее детей и собственноручно отправлять часть из них под это, не менее надоевшее, корректирующее, а часть и вовсе... Мда.
Директор тем временем взглянула на список. Мало ей имен, видите ли. - "Мало. Всегда вам мало. Да чтоб вы и тем, что есть, подавились, Вы лично и все ваши..." - стоп, нельзя было заводиться. Ни в коем случае. Злость мешала спокойно думать, а думать-то сейчас придется.
"Адамс. Шарфик. Откуда она знает про шарфик?.." - неприятный момент, надо признать. Казалось бы, чего необычного или подозрительного в подаренном шарфике? А вот если учесть, что Безликих сравнивали с домовыми эльфами, и что это была спланированная акция - дети узнали, как можно освободить домовиков, и решили попробовать... Такой уж собрался курс... Безумно смелые, иначе не скажешь, с ударением на слово "безумно". Хорошо еще, других дарителей успела поймать за руку и объяснить, почему этот риск не имел смысла. Но Минерва думала, что про выходку Эдварда никто не узнал - а вот надо же.
- Нет, директор. Безнадежных в этом году нету.
"Как и в прошлом. Но тогда Вы заставили меня внести целых два имени в ту графу. А в этот раз - обойдетесь".
- Отчего же? Да, мистер Адамс действительно подарил шарфик, - "мисс Лоуренс", - Безликой. Но разве это запрещено? Где же здесь причина для признания человека безнадежным? Его поступок свидетельствует только о его доброте - если Вы знаете об этом, то помните наверняка и то, что в тот день было холодно, стоял декабрь. Напротив...
"Как бы так сформулировать, чтобы не перегнуть палку?"
- ...Безликие призваны помогать волшебникам в быту. Разве готовность помочь в таком случае не подходящее качество? Я понимаю, конечно, что личность стирается. Но кроме того, я бы еще отметила у обоих кандидатов хорошие успехи по ряду школьных предметов, и неплохие магические способности в целом.
"До чего докатились - я доказываю, почему студента надо отправить под темномагическое воздействие. А ведь доказываю, и буду доказывать".
- Что касается прочих студентов - они не проявляли никаких признаков неправильного мышления, как и выдающихся способностей, поэтому занесены во вторую графу.
Последнее тоже было преувеличением. На этом курсе действительно многие страдали "неправильным мышлением", но в большинстве случаев им удавалось сохранять это в тайне - или формально они не делали ничего плохого. Вот, например, Маргарет Коул, - да, она регулярно читала книги, которые теперь не одобрялись - про старый Хогвартс и про прежние времена, - старалась найти оригинальные источники, не отредактированные в последние годы. Но ведь официального запрета на такое чтение не было.
"Только им не всегда нужен официальный запрет".

Отредактировано Minerva McGonagall (2015-12-12 08:31:11)

+1

6

В первых годы заточения в стенах этого проклятого замка Николь утомляли эти ритуальные пляски вокруг списка, ей хотелось уснуть в середине речи об отсутствии безнадежных или, что лучше, убить виз-а-ви. Но последнее время Николь все эти оправдания начали развлекать. Это ведь так забавно наблюдать, как давятся словами старые кадры проклятого предшественника, и все исключительно ради того, чтобы очередная бездарность осталась в магическом мире, пусть даже и на правах детали интерьера.
- Профессор, вы сказали хорошие успехи в некоторых предметах? Мне ведь это не послышалось? - вкрадчиво, как будто бы она, действительно, сомневалась, переспросила Николь. - Я так полагаю чары в список этих самых предметов не входили, - без паузы сменила тон на более резкий Директор.
Желая проверить собственный тезис, Николь схватила пергамент с характеристиками потенциального Безликого гриффиндорца Эдвард Адамс и, водя ногтем по строкам, отыскала нужную строку.
- Ах, нет же, написано, что чары мистер Адамс знал хорошо, - сверившись с пергаментом констатировала Николь.
- Какая отвратительная эта местная система оценок, давно думала, чтобы сломать ее к Ёрмунганду, - доверительно, будто бы она и правда была способна на доверие, сообщила Директор. - В характеристики написано, что чары знал хорошо, а на самом деле знания ужасные. Никуда не годятся такие оценки. Или может быть в характеристики вранье? - ядовито поинтересовалась Николь.
- Запомните, профессор, раз и навсегда запомните. Если хорошо знающему чары полноценному магу вдруг взбредет в голову пожалеть замерзающую Безликую. Чего бы и не пожалеть? Тоже зверюшка, тоже живое существо, - Николь даже выдавила из себя каплю сочувствия, желая тем самым подчеркнуть, что факт жалости к Безликой не является самым предосудительным поступком мистера Адамса. - Так вот, если полноценному магу взбредет в голову проявить сочувствие к Безликому, то маг применит согревающие чары. Подарить шарфик - это жест маггла. Мистер Адамс проявил себя как маггл, а значит как маг он безнадежен. Без-на-де-жен, - медленно, чеканя каждую букву повторила последнее слово Николь.

+1

7

Иногда Минерва жалела, что закончила не Слизерин. Ну... прямо скажем, в исключительных случаях, совсем иногда, но все же. Сейчас, например.
Потому что уметь вот так... заворачивать? переворачивать? выворачивать с ног на голову самые простые факты, это ей в настоящий момент очень бы пригодилось, чтобы играть с директрисой на равных. А так она, вроде бы, неглупая женщина, снова находилась на шаг позади, вынужденная только отвечать - а это всегда сложнее. Сама логика, сам образ мыслей фон Эджин были для нее совершенно чужими и далекими.
Надо же было такой вывод из этого несчастного шарфика сделать. И "запомните" еще, главное, "раз и навсегда". Она-то запомнит...
- Адамс полукровен, - ответила вслух Макгонагалл, не меняя спокойного тона. И тут же заметила, что машинально стучит пальцами по столу, убрала руку, про себя коротко досадливо фыркнув. - Результаты достоверны, студент действительно освоил программу чар на уровне "выше ожидаемого". Его действия - результат частично маггловского воспитания, которое он получил еще до поступления в Хогвартс, подобные... реакции ведь закладываются до одиннадцати лет. В течение жизни они могут постепенно меняться, конечно, но в любом случае это не свидетельствует о низких магических способностях, и тем более, о "неполноценности" такого волшебника, поэтому признание мистера Адамса безнадежным - нецелесообразно. Если я верно понимаю суть Корректирующего заклятия, подобных рефлексов после его применения в любом случае не останется.
"Да и зачем, ну, зачем вам безнадежные, куда вы их деваете? Корм, что ли, заканчивается?" - но вот этого Минерва не стала спрашивать. Небезопасно оно было. Как для нее самой, так и для студентов. Зато, воспользовавшись короткой паузой, спросила кое-о-чем другом. Давно хотелось на эту тему поговорить, но вот лишний раз заходить в этот кабинет желания у нее не было.
- К слову об учебных успехах, директор. Может быть, возродим Кубок Школы? Дети будут рады, а система баллов снова обретет смысл.
Да и потом, может быть, эта фон Эджин сейчас удивится и вообще список в покое оставит?

Отредактировано Minerva McGonagall (2016-01-05 03:11:21)

+1

8

- Не выветрившееся за пять лет маггловское воспитание не свидетельствует о неполноценности? - с особым ехидством подчеркнув частицу "не" переспросила Николь и тут же ответила сама себе, - Да как так можно! - этот тон можно было считать легким раздражением, вот только выражение лица у Директора осталось все той же бледной безжизненной маской, свидетельствующей о том, что раздражение было очередной имитацией, еще одним доказательством того, что у Николь уже несколько лет кризис подлинных эмоций. Даже гнев и тот фальшивка. Тем не менее спектакль "Директор в раздражении" стоило продлить еще на пару минут.
- Остаточные маггловские привычки это зло, опасное зло. Если маг раз и навсегда не избавиться от маггловских привычек, то он может слоняться между двумя мирами, ставя под угрозу Статут и таская в магический мир опасные маггловские штучки и заблуждения. Это катастрофически опасно, - Николь повысила голос до высшего уровня имитации возмущения, после чего резко сменила тон и продолжила уже в спокойном лекторском стиле.
- Именно поэтому так важно в процессе школьного обучения вытравить из юного мага все маггловские привычки до последней капли. Если же ребенок до поступления в Хогвартс был так сильно испорчен магглами, что ему не помогает даже обучение, то есть надежда на Корректирующее воздействие, удаление магическим способом некоторых вредных граней личности. Однако, в некоторых случаях опасных особенностей в маге так много, что удалить их, не разрушив личность, просто не возможно. Таким мы называем безнадежными, - закончила чтение лекции Николь. - Мне жаль, профессор, что эти прописные истины мне приходиться повторять вам каждый год, - с фальшивым сожалением сообщила Николь.
Судьба гриффиндорца Адамса так и осталась висеть в воздухе окончательно не решенная и не озвученная. Николь не спешила ставить точку, это всегда успеется: птичка в клетке, в смысле, ученик в замке, а значит, казнить всегда можно успеть. Так что можно даже позволить себя отвлечь от темы.
- Как вы сказали, профессор. Кубок Школы? - внезапно проявила интерес к услышанному Николь. - А что это? И зачем? И какой смысл он дает системе баллов? - в голосе непонимание. Искреннее непонимание. И, кажется, это была первая искренняя эмоция Директора за весь разговор, да что уже там, за последний месяц.
- Скажу честно, я вашу систему баллов не понимала никогда. Какой смысл сравнивать факультеты? У нас в Дурштранге никогда не сравнивали, - прозвучало вполне откровенно.

+1

9

"Испорчен магглами", "вытравить маггловские привычки"... Минерва хотела бы поспорить на эту тему, но... не могла. Это были, если можно так выразиться, основы. То есть, вся новая идеология волшебного сообщества строилась именно на этих представлениях, и подвергать их сомнению было невозможно. Не подвергая сомнению собственную благонадежность, конечно.
Зато вот про систему баллов и Кубок Школы она готова была поддержать разговор. И даже не только, чтобы временно отвлечь директора от темы... Дело было вот в чем: что бы ни творилось во взрослом мире, в Хогвартсе продолжался почти нормальный учебных процесс. И у младшекурсников будни, на самом деле, не особенно и отличались-то от тех, которые были до новой власти. Соревнование факультетов действительно было для них и интересным, и полезным.
Интерес фон Эджин показался довольно искренним - настолько, что даже не вызвал привычного недовольства на тему "почему это у нас директор из Дурштранга и о наших традициях ничего не знает?".
- Кубок Школы - награда для факультета, ученики которого лучше всего проявили себя в течение учебного года, - начала рассказывать Макгонагалл. - Не только в учебе, хотя, безусловно, и в ней тоже, и не только в поведении. Баллы выдают или снимают за любые поступки, достойные похвалы - или, напротив, порицания. А само вручение Кубка всегда было большим торжеством, поводом для законной гордости за свой факультет. Логичным завершением года. Ведь с первого учебного дня мы говорим детям о чем? Факультет, куда вас распределили, становится вашей второй семьей. Исключения, конечно, бывают, но в абсолютном большинстве дети довольно серьезно к этому относятся, и искренне стараются принести победу своим.
"А ведь это даже должно в Ваших глазах неплохо сочетаться с идеологией", - вдруг подумала Минерва. - "Вторая семья, принадлежащая исключительно к магическому миру..."
- И чтить традиции, которые передали нам Основатели. Таким образом, мы воспитываем сразу ряд хороших качеств: ответственность за свои поступки, чувство товарищества, - "и, как бы это так ввернуть?" - наконец, помогаем ученикам из тесно связанных с магглами семей лучше влиться в наш мир. Ведь если ребенок принадлежит не только к семье, скажем, магглов-Смитов, но и к факультету... любому, и будет привязан к нему, магическая жизнь будет для него более родной и близкой.
А без Кубка система баллов во многом теряет смысл. Для чего соревноваться, если в конце нет награды, рассуждают дети, и я их прекрасно понимаю. Мне кажется, это как раз одна из тех традиций, которым должно бы найтись место в нашем новом мире. Как Вы думаете?
И, возвращаясь к нашему студенту: я помню те, как Вы выразились, прописные истины, что Вы мне назвали. Безусловно. Но разве один-другой маггловский жест, для человека, более половины своей жизни прожившего в их мире, это так много? Молодой человек вполне освоил нормы и принципы жизни магического мира, здесь скорее стоит рассматривать процентное соотношение маггловских реакций к свойственным волшебникам, если я верно понимаю наши принципы, - Минерва не позволяла просьбе появиться в своем голосе. Только ровный, спокойный тон, только убеждение. Просьбами с этой женщиной все равно невозможно было ничего добиться.

+1

10

Портреты перестали шушукаться. Видимо, даже нарисованных гнилых червей - бывших директоров - заботило, чтобы Николь прониклась идеей Кубка Школы. И Николь даже, честно, попыталась услышать и понять. И по-началу это даже получилось. Идея звучала интересно ровно до момента, когда слух Николь зацепился за ужасные слова. Директор с трудом дождалась окончания речи, кажется, под конец профессор вновь вспомнила об этом мальчишке Адамсе - да, будь он проклят, - пусть хоть в озере утопиться, его судьба перестала быть интересной для Николь. Важнее были те самые страшные слова.
- Факультет как вторая семья, - скривившись как от приступа тяжелейшей мигрени, прошипела Николь. - Неужели в гостиных детям вбивают в сознание эту чушь. Отвратительно, - безапелляционно вынесла вердикт Николь. То, что гадости про вторую семью школьникам внушают именно в гостиных, и именно профессора и старосты, у Николь сомнений не было. Кто же еще это может делать? Сама фрау Директор в любой своей речи, в принципе, старалась не поднимать тему факультетов, не желая говорить про непонятное.
- Нет, определенно, традиции вышей этой школы надо выбросить к Ермунганду, - раздраженно продолжила Николь. Иногда, последнее время все реже, природная эмоциональность играли с Директором злую шутку, попадалась какая-то тема, раздражающая как песок по чешуе, и тщательно выточенная ледяная маска Николь начинала покрываться трещинами.
- В Дурштранге никогда не говорили подобной чуши. Там с первого дня каждый ученик знал, что он теперь сам по себе, совсем один. И чтобы уйти от одиночества, он должен стать лучшим, чтобы вести за собой, либо он должен стать точным и незаменимым, как волшебная палочка, тогда он сможет следовать за кем-то другим. Веди или следуй. Или умрешь в одиночестве и в темноте. Все очень просто, - несколько раздраженно от того, что ей приходиться объяснять столь простые вещи, сообщила Николь.
- А вторая семья - это чушь. Это может стать настоящим кошмаром для неокрепшего ума мага. Вот представьте отец отравил мать, одного ребенка превратил в безропотную куклу, почти в безликую, а второй ребенок отправляется в школу. И тут ему говорят, что у него вторая семья. Да, ребенку захочется бежать из школы, куда подальше. А за пределами школы опасно. Убежав, ребенок может попасть в руки магглов или отступников и нахвататься опасной чуши, - Николь вдруг замолчала на полуслове, Директору пришла в голову интересная идея.
- А этому, как его там... - Николь сверилась со свитком, - Эдварду Адамсу вы тоже говорили весь этот кошмар про факультет вторую семью. Так может быть он от этого рассудком и повредился, маггловские замашки, шарфики безликим - это ведь крик отчаянья, мальчик болен, - Директор схватила свиток и перо, и решительно вычеркнула Эдварда Адамса из списка на коррекцию. - Месяц побудет в Мунго, в отделении душевных болезней. Подлечит нервы. А потом признаем его обычным магом, - вынесла вердикт Николь. - А про Кубок Школы..., - Николь задумалась, повисла минутная пауза. - А про Кубок Школы я вот что решила. Теперь мы будем начислять баллы каждому ученику персонально, а по итогам года мы выгравируем на Кубке имя лучшего ученика. Неплохая идея, - Николь оскалилась в улыбке.
Ответа не последовало то ли профессор, действительно, оценила идею, то ли, что гораздо более вероятно, остерегалась спорить, понимая, что изменив мнение о Кубке Школе, Директор может тут же передумать и про судьбу одного школьника по фамилии Адамс.
- Что ж, буду считать молчание знаком полного одобрения новых порядков профессорами. Итак, - Николь хлопнула в ладоши, как будто бы она в Большом Зале выступает перед всей школой и пытается привлечь внимание к главной части речи. - Со следующей недели у нас новый Кубок Школы. Часы я, думаю, за неделю зачаровать мы успеем. Остальное - мелочи.
- Но, Директор... - рискнула все таки попытаться возразить профессор.
- Никаких но. Решение принято. А разговор окончен, - поставила точку Николь.
- Зря вы это, мисс... - прошелестел за спиной у Директора какой-то из портретов, - Кубок Школы - древнейшая из традиций Хогвартса, нельзя пытаться его изменить, - продолжил выступать с предупреждениями кто-то из нарисованных стариков.
- А тебя не спрашивали, - дождавшись, когда за спиной профессора закроется дверь, огрызнулась на портрет Николь и запустила в него чернильницей. Судьба еще одной школьной традиции была предрешена.

+1


Вы здесь » Marauders' Time: Торжественно клянемся... » Case History » 1.11.1982 Крылья. Ноги. Главное хвост! [N.Agini, M.McGonagall]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC